Картели фас российские сериалы 2017

Максим Стулов / Ведомости
В последнее время много говорится о проблеме картелизации российской экономики. Пожалуй, во всех развитых странах картели считаются самым опасным нарушением антимонопольного законодательства. И на первый взгляд закономерно, что и Федеральная антимонопольная служба (ФАС) считает борьбу с картелями главным приоритетом в работе. А руководитель ведомства Игорь Артемьев, сравнивая картели с мошенничеством, постоянно предлагает ужесточить за них наказание, в том числе уголовное. Подобные предложения есть в проектах указа и национального плана развития конкуренции.
ФАС возбуждает очень много картельных дел (больше, чем в странах «семерки», вместе взятых; см. табл. 3), среди которых превалируют мелкие. При этом недостаточное внимание уделяет сговорам чиновников с аффилированным бизнесом.
При всем негативном влиянии картелей на экономику все-таки нельзя приравнивать их к мошенничеству. Последнее остается преступлением для любого – простого гражданина, предпринимателя или чиновника. За картели привлекаются только бизнесмены (международный трибунал не привлек и вряд ли привлечет арабских шейхов к ответу за создание ОПЕК).
Дело не только в неравноправии предпринимателя и чиновника, но и в степени общественной опасности обоих деяний. Если мошенник не раскрыт и не раскаялся, у него возникает соблазн повторять деяния, а его пример становится заразительным (вспомним хотя бы, с какой быстротой распространялись махинации с квартирами в 1990-е гг. или схемы налоговой «оптимизации» вплоть до последнего времени). С картелями все наоборот: приносящий своим участникам сверхприбыль картель несет в себе механизм саморазрушения. Во-первых, потому что высокая рентабельность привлекает на рынок новых игроков, не участвующих в картеле. Во-вторых, у любого участника картеля возникает соблазн обмануть подельников, снизив цену, что позволит отхватить кусок рынка.
Это не означает, что с картелями не нужно бороться. Технологические барьеры, необходимость огромных вложений в исследования и разработки делают затруднительным вход на рынки новых фирм. А в России еще добавляются административные барьеры и недоступность кредитования. Ждать, пока некоторые картели саморазрушатся, общество не может себе позволить.
Однако, с другой стороны, целый ряд факторов делает картели в нашей стране либо менее опасными по сравнению с другими нарушениями, либо менее вероятными. Советское наследие – монопольная, а не олигопольная структура многих рынков – не изжито до конца, на него наложилось огосударствление экономики в последние годы. Злоупотребление монопольной властью (доминирующим положением) и сговор чиновников с аффилированным бизнесом у нас более распространены, чем классические картели (сговоры по цене, товарному и территориальному разделу рынка, по совместному прекращению производства или бойкоту контрагента). И если по доминированию статистика ФАС это отражает (на порядок больше дел, чем по картелям), то сговорам с чиновниками регулятор явно уделяет недостаточное внимание.

Мощным фактором, препятствующим картелизации нашей экономики, является низкий уровень взаимного доверия и договороспособности. Российским бизнесменам, если их собралось за столом больше двух, договориться о совместных действиях практически невозможно. Поэтому вызывают сомнения картельные дела ФАС с десятками участников: в большинстве случаев за картель регулятор принимает параллельное рыночное поведение. Зато настучать на соседа – хлебом не корми. Поэтому предприниматели активно пользуются правилом освобождения от административной и уголовной ответственности участника, первым сообщившего о картеле, для устранения конкурентов.
Более того, наш анализ показывает весьма тревожную тенденцию: доля дел против малого бизнеса в картельных делах выросла с порядка 60% в 2013–2014 гг. ( расчеты Вадима Новикова) до 87% по картелям, а по сговорам на торгах вообще до 95% (табл. 1).
Получается, что чиновники ФАС, после того как закон об иммунитетах для малого бизнеса ограничил их в праве называть малый бизнес монополистом, стали активно называть его картелистом, хотя с точки зрения экономической науки, да и здравого смысла, картель малого бизнеса звучит как оксюморон.
Приоритет выявления картелей приводит к тому, что территориальные управления ФАС начинают их выискивать, а в небольших регионах со слабой экономической базой – откровенно высасывать из пальца ради статистики. Так, в Калмыкии местный ФАС назвал картельным сговором просьбу одного владельца маршрутки к другому подменить его в тот день, когда его «Газель» находилась в ремонте. А в Псковской области ООО «Псковское агентство печати» и ООО «АРПИ «Сибирь» были обвинены в картеле за то, что обе направили письма о расторжении договора распространения местной «Из рук в руки». Суд отменил решение ФАС – компании работают на разных рынках (одна на оптовом, другая на розничном) и вообще не заключали никакого соглашения.
Преследование «картелей малого бизнеса» – это не просто неэффективная трата ресурсов регулятора и погоня за статистикой. Предприниматели попадают под риск привлечения к уголовной ответственности за обычную коммерческую деятельность. Примечательно, что в нашем законодательстве отсутствует даже четкое определение картеля. Определены понятия рынка и товара, и даже «вертикальных» соглашений – несопоставимо менее тяжкого нарушения, а картеля – нет. Уголовная ответственность есть, а определения нет.

Картельные расследования против малого бизнеса зачастую могут способствовать монополизации рынка. В конце 2016 г. 90 маленьких швейных фабрик были обвинены ФАС в сговоре при поставке формы для МВД. Впервые познакомились они друг с другом на заседании комиссии ФАС, там же и узнали, что они картелисты. При этом крупнейший участник рынка в картеле не обвинялся и, видимо, скоро лишится 90 конкурентов и станет очередным «королем госзаказа».
Примечательно, что легкая промышленность, работающая на грани рентабельности и сталкивающаяся с сильнейшей конкуренцией со стороны Китая, представляет собой удобное поле для «антикартельной» деятельности ФАС по причине многих игроков (и, возможно, не таких зубастых юристов – ведь рентабельность низкая). Три швейные фабрики Челябинской области были обвинены в картеле путем создания ассоциации. Одна фабрика обжаловала решение регулятора и добилась его отмены в суде, а двум другим придется заплатить штраф за картель, которого не было.
Высококонкурентная и чуть более рентабельная пищевая отрасль – еще один поставщик картельных дел. Четыре астраханские птицефабрики были обвинены в сговоре с целью повышения цен на куриное яйцо. Только в суде им удалось доказать, что осеннее повышение носит сезонный характер. По аналогичным причинам развалилась в суде целая серия дел по картельным сговорам на рынке гречки. В докладе «Причины и последствия гречневого кризиса» показано, что вмешательство ФАС приводило к ускорению роста цен и, наоборот, в регионах, где такого вмешательства не было, цены снижались. Потому что некоторые предприниматели после начавшегося расследования ФАС вообще опасались выставлять гречку на прилавок, что приводило к ее дефициту и росту цен.
Хорошо еще, что центральный аппарат (президиум) ФАС отменил решение татарстанского теруправления, обвинившего в картельном сговоре сначала 76, потом 32 сахарных завода, согласившись с их доводами, что рынок сахара настолько конкурентный, что сговариваться не имеет никакого смысла.
На этом фоне бросается в глаза невнимание к рынкам, связанным с чиновниками. Например, на строительном рынке ФАС в 2015 г. наложила картельных штрафов на сумму, равную стоимости одной трехкомнатной квартиры, что несопоставимо с прибылями, извлекаемыми строительными компаниями, получившими лакомые подряды от недобросовестных чиновников.
Конечно, малый бизнес бывает разный и не всегда симпатичный. ФАС с большим или меньшим успехом занималась таксистами в аэропортах, рынком ритуальных услуг, стивидорами в портах, продовольственными рынками – теми, на кого поступали жалобы на завышенные цены и препятствия для входа новым участникам, в том числе с применением силы. Но при детальном рассмотрении выясняется, что речь идет о связи такого бизнеса либо с чиновниками, и мы как раз призываем ФАС активнее такими рынками заниматься, либо с криминалом (и если речь идет об угрозе применения физической силы против потенциальных конкурентов, то это дело правоохранительных органов, картели тут ни при чем). С «мафией» таксистов в аэропортах вполне успешно справились появившиеся в последнее время онлайн-сервисы. По стивидорам решением могло бы стать включение этого вида деятельности в естественные монополии с соответствующим регулированием. Лучше принимать индивидуальное решение при возникновении проблемы, чем оставлять избыточное регулирование для всех МСП, давая чиновникам возможность искать картели в высококонкурентных легкой, пищевой промышленности и IT-секторе.
В результате на общем фоне выделяется высокая доля отмены судами именно классических картельных решений ФАС против малого бизнеса – 57% полностью и 4% частично (см. табл. 2). Учитывая, что российские суды, как правило, с вниманием относятся к позиции госоргана, это очень высокий показатель. Выходит, что судьи, даже не имея профильного экономического образования, понимают бессмысленность обвинения МСП в картеле. «Ведомости» уже писали, что российские суды своими решениями по четырем рыбным картелям (о минтае, пангасиусе, норвежской рыбе и пелагических породах в водах Марокко) стали формировать особый подход, требуя анализа рынка и доказательства ущерба от картеля. Несмотря на то что в развитых странах картели являются нарушением per se, т. е. такого доказывания не требуется, в российских условиях подход судов является правильным. Не потому, что картели малого бизнеса и компаний с небольшими долями рынка можно простить по малозначительности, а потому, что они на самом деле не картели: участники рынка умнее законодателей и экономистов-теоретиков и просто не будут сговариваться, если потребитель может легко переключиться на продукц

ФБК раскрыл и доказал крупнейший картель: повар Путина и 23 Доказательства после ознакомления с делом в ФАС России:

Разъяснения ФАС России.  Приведены примеры выявленных картелей. Ключевые слова: картель, сговор на торгах, аукционы в 

Раскрыт картель на торгах по строительству в Ульяновской и Самарской областях, сообщает ФАС России. Картель работал почти 3